Здесь приведён текст нашей музыкальной композиции, который может не совпадать буквально с авторским стихотворением. Используйте академические авторитетные источники при необходимости процитировать стихотворение. Это стихотворение написано поэтом, умершим менее 70 лет назад, поэтому его текст может ещё охраняться авторским правом. Мы разместили текст в культурно-просветительских целях и удалим его по обоснованному обращению правообладателя. Подробнее — в разделе «Правообладателям».
На последнем смертельном исходе
У забрызганных кровью сапог
в сердце билась тоска по свободе —
это тоже одна из свобод.
Кровь убитых не спрячешь в сейфы.
Кровь - на фраках, мундирах, манто.
Нет великих диктаторов - все они
лишь раздувшееся ничто.
Поэт понимает во все времена,
где каждое немилосердно,
что будет навеки бессмертна война,
пока угнетенье бессмертно.
До чего довести человечество надо,
до каких пропастей, сумасшедших палат,
если люди сбегают с надеждой из ада,
попадая в другой безнадёжнейший ад!
О, как я хотел бы навек закопать
в грязи, под остатками статуй
и новую кличку убийц — оккупант!
и старую — конкистадор!
Бардак в любой стране грозит обвалом
хотя бы тем, что в чреве бардака
порой и мягкотелым либералам
с приятцей снится сильная рука.
Потом, как будто мыслящую кильку,
за мягкотелость отблагодаря,
она берёт их, тёпленьких, за шкирку
и набивает ими лагеря.
Есть третий выбор — ничего не выбрать,
когда две лжи суют исподтишка,
не превратиться в чьих-то грязных играх
ни в подхалима, ни в клеветника.
Я выбрал то, чего не мог не выбрать.
Считаю одинаковой виной —
перед народом льстиво спину выгнуть
и повернуться к Родине спиной.
У свободы так много слагаемых,
но народ плюс восстание - грозно.
Нет диктаторов несвергаемых.
Есть свергаемые слишком поздно.
